Критики дауншифтинга

По итогам оказалось, что Павел сделал сразу несколько важных шагов, познавая не только прошлое, но и самого себя. «Главный мой вывод: в десятом веке люди жили очень плохо. Я и раньше это знал, но теперь я в этом уверен. Тяжело думается в таких условиях. Голова пустеет, и мыслей большую часть времени нет вообще никаких. И это у меня, современного человека, которому есть что вспомнить, который по сравнению с людьми того времени очень образован. Я представляю, как раньше жилилюди. Насколько они были темны»,- рассказывал Павел журналистам в интервью перед закрытием проекта. Вопреки ожиданиям, главным испытанием в «прошлом» оказался не быт вдали от городского комфорта (а дауншифтеру приходилось не только добывать еду, но и, скажем, шить сапоги). Тяжелее всего далось ему одиночество.
это проблема, о которой, возможно, не задумываются представители еще одного направления. В России именно оно чаще всего считается дауншифтингом, хотя относится к нему с натяжкой. Успешные (или не очень) жители больших городов, устав от офисного рабства, подковерных интриг, бизнес-гонок, дорожных пробок, грязного воздуха или холодного климата (каждый может продолжить этот список благ цивилизации), сдают свои квартиры в мегаполисе и отправляются в теплые развивающиеся страны, где со скромным по московским меркам доходом становятся богачами и могут позволить себе ничего не делать, кроме достижения гармонии и душевного комфорта.

Критики дауншифтинга именно в этом месте выбрасывают главный аргумент: они считают, что стремление к финансовой независимости, самореализации и востребованности — естественная, а не навязанная потребность человека, которой он рискует лишиться, без оглядки объединяясь с природой. Блогер laowai, в 2005 году прыгнувший в Китай прямо с высокой должности топ-менеджера, определенно знает, о чем говорит: «Когда я уезжал, все это, естественно, подавалось под соусом поиска «смысла жизни”, «духовности”, высших целей. Но в итоге все превратилось в банальную сыто-пьянствующую праздность, и я оказался на эмоциональном дне, в депрессии, оторванный от привычного социума, один на один с зеленым змием. Мне понадобилось четыре года, чтобы осознать это и вылезти оттуда. И далеко не до конца. Уже никогда я не смогу работать на кого-то. Даже на себя мне работать западло. Я оторвался от своих корней, но так и не “прирос” в новом месте».

Leave a reply

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>